Главная / Проекты / Интервью

Кальман Мижеи:

Трансформационная сила Европы является самым сильным источником молдавской модернизации

Интервью Агентства Info-Prim Neo с экс-Cпециальным Представителем Европейского Союза в Республике Молдова Кальманом Мижеи, из цикла «Молдова-20! Что дальше?» — Господин Посол, мы планируем разместить интервью в нашей постоянной рубрике «Молдова-20! Что дальше?». Хотел бы попросить помочь нам посмотреть на себя, живущих в Молдове сейчас, глазами со стороны, так сказать, извне. Мне кажется лучшей кандидатуры ...

Интервью Агентства Info-Prim Neo с экс-Cпециальным Представителем Европейского Союза в Республике Молдова Кальманом Мижеи, из цикла «Молдова-20! Что дальше?»

— Господин Посол, мы планируем разместить интервью в нашей постоянной рубрике «Молдова-20! Что дальше?». Хотел бы попросить помочь нам посмотреть на себя, живущих в Молдове сейчас, глазами со стороны, так сказать, извне. Мне кажется лучшей кандидатуры для этого трудно найти, поскольку Вы — человек уже без «конфликта интересов» по отношению к Молдове, но в то же время Вы — человек хорошо знающий Молдову и сохраняющий интерес к Молдове. Я прав в отношении вашего неформального, человеческого интереса к Молдове?

- Да, у меня остался интерес к Молдове. Могу рассказать одну историю по этому поводу. Однажды, один из моих колег уежал из Молдовы по окончании дипломатической мисс и на ужине в его честь тогдашний немецкий посол сказал такую фразу: «Дипломаты не всегда хотят приежать в Молдову, потому что это как бы самая бедная страна а Европе, но если приежают и работают, то уже не хотят расставаться». И эта абсолютная правда, особенно для тех кто работал так интенсивно с Молдовой как я. Такие уже никогда не могут отойти от позитивного отношения и от чувства ответственности, если хотите, перед этой страной. Человек хочет помогать и дальше если может.

— Итак, куда пришла Республика Молдова в свою 20-ю годовщину Независимости, в какую гавань, гавань ли эта?

- Мне кажется, что Молдова далеко ушла, но это далеко не гавань. Перед Молдовой еще очень много ветров. Молдова стала неожиданно независимой странной 20 лет назад, в результате распада Советского Союза, большой империи. По моему, никто этого не ожидал. У Молдовы была возможность независимого развития, но, с другой стороны, географическое расположение не было привлекательным. Например, моя страна, Венгрия, тогда находилась на границе Евросоюза, рядом с очень динамично развивающейся Австрией. Тогда уже была первая автострада Будапешт-Вена, может еще не полность законченной, и была легкая связь с рынками. У нас тоже были большие географические вызовы, например, войны в бывшей Югославии. В Молдове не было ни инфраструктуры, ни близких рынков, ни традиций в области стоительства независимого государства of independent statehood. Все-таки Венгрия была долго независимой страной, возможно что в советское время эта независимость была очень ограниченной, однако были атрибуты независимой страны. Молдова никогда в современной эпохе не была независимой страной. Поэтому, у Молдовы было гораздо больше трудностей чем даже у Венгрии, а у Венгрии их было много.

— Какие можно считать самыми большими достижениями Молдовы за этот период, есть такие?

- Самое большое достижение состоит в том, что в эти 20 лет Молдова сохранила демократическое устройство государства и это очень важно. Кроме короткого периода гражданской войны в 91-92-ом годах, в Молдове была неагресивная политическая культура и это также очень и очень важно. Да, были и протесты, была и политическая борьба, но всё было и есть i est’ мирно. Для такого молодого государства, для такой молодой демократии, для такой бедной страны, по моему, это огромные и неожиданные большиеogromnoye i neozhidannoyeдостижения.

— А неудачи, ошибки, также самые большие?

- Человек должен спросить прямо, почему страна с такими талантливыми людьми — наибеднейшая страна в Европе, а доля годового валового продукта на одного человека гораздо меньше, чем во многих странах Африки? Надо прямо спросить, хотя это не удобный вопрос.

Существуют два источника ответа: что зависело от Молдовы и что от нее не зависело? С одной стороны, как я уже говорил, Молдова географически не привлекательна и потому ей не помогал иностраннnый капитал, который помогал развиваться Венгрии, Польше, Чехословакии. Когда у нас разрушалась социалистическая промышленость, недолго после этого появились иностраные инвестиции, которые помогли использовать человеческие ресурсы грамотно. У вас этого, к сожалению, не удалось, думаю, из-за того что находитесь далеко от рынков и из-за остутсвия инфраструктуры. В результате, в Молдове потеряны некоторые профессиональные навыки, к сожалению навсегда, чего не можем сказать, например, о странах Центральной Европы или о прибалтийских странах. As a consequence, some of the professional skills have been lost in Moldova, unfortunately, for good – which is not the case with the Central European or Baltic states. Но, с другой стороны, необходимо сказать что у вас небыло никогда достаточно консеквентной и хорошей экономической политики, чтобы этот внешний недостаток компенсировать либеральными экономическими реформами, как, например, в случае Грузии в последние годы (kak naprimer v sluchaye Gruzii posledniye goda)и обустройством инфраструктуры. Например, если идет речь о такой простой вещи как дороги, существует очень мало реконструированных дорог, хотя и международные финансовые структуры, и Евросоюз, и США, готовы помогать. Поэтому идет речь о недостатках связанных с реформами и функционированием государства, в которых очень много необходимо, на мой взгляд, исправить.

— Идёт речь о недостаточной политической воли наших нынешних и бывших правителей?

- Речь и об этом, и о ментальности в управлении, в которой очень много характеристик от бывшего советского менталитета. Необходимо сильное руководство, не в смысле удержания власти любой ценой, а сильно нацеленное на реформы. Например, я помню как в ’89-’90 годах Лешек Бальцерович начинал реформы в Польше, у него небыло цели удержать власть, а скорее модернизированть Польшу. Здесь есть огромная разница и важная разница. И я думаю, что в этом смысле ваш политический класс не очень целенаправлен и не довел реформы до конца.

— Что дальше можно ожидать в судьбе Молдовы, куда она направляется, что завист от нее, от ее граждан и что зависит от «сильных мира сего» этого мира?

- Даже если бы я не был посолом Евросоюза, должен сказать без всякого протокола: я сильно убежден что шансом для модернизации Молдовы является евроинтеграция. Но этот шанс не автоматический, для этого и Евросоюз, и Молдова должны делать больше. Евросоюз должен делать лучше 3 вещи: 1. Переговоры по свободной торговле должны идти быстрее, поскольку официальные переговоры даже не начались и Евросоюз должен быть в этом более быстрым и решительным; 2. Безвизовый режим; 3. Чиновники Евросоюза должны знать более детально, более глубоко в каких реформах нуждается Молдова для ускорения модернизации, и от Молдовы эти реформы ожидать сильно и конкретно, и без больших компромисов. Но и Молдова должна сделать больше. В последине годы в дипломатии Молдовы — сильная европейская ориентация, это очень хорошо. Однако важно чтобы и внутренние реформы сделать такими же сильными как внешняя европейская ориентация. Я могу сравнить современные процессы в Румынии и в странах бывшей Югославии. В пероид социализма бывшая Югославия была более развитой. Но поскольку на ее територии проходили войны, а Румыния была более настойчивой в процессе евроинтеграции и во внутренних реформах, сейчас она выглядит, даже с недостатками, более привлекательной и в развитии общества в целом, и в инфраструктуре, и в бизнессе, по сравнению со странами бывшей Югославии. also in comparison to the former Yugoslav republics. И потому, хотя в Европе есть очень много недостатков, трансформационная сила Европы является в дальнейшем самым сильным источником молдавской модернизации.

— Как характеризует Республику Молдова и ее людей в период независимости возникновение, существование и процесс урегулирования приднестровского конфликта?

- Прежде всего, эта ещё одна проблема которая усложняет развитие Молдовы. Надо достичь согласия по приднестровской проблеме, надо соединить страну. Но как соеденить — это огромный вызов. Есть несколоко источников. Согласно одному из них я построил свою деятельность в период моего мандата в Молдове: меры постепенного укрепления доверия, построения мостов между двумя частями когда-то единого общества. Второе: надо вести переговоры. Формат «5+2″ это — мудрый формат, потому что в нем участвуют все сильно silno заинтересованные стороны. Румыния участвует посредственно, через Евросоюз, а кроме этого участвуют все стороны. Нужна мудрость вашего правительства, вашего государства, чтобы через меры доверия убедить приднестровский регион, пол-миллиона людей там проживающих, и очень бедно что о них думают, в том, что о них думают. Должен отметить со всей искренностью, что правительство Молдовы небыло достаточно последовательным в этом смысле. Существуют много примеров того, что формальное признание мер укрепления доверия с Приднестровьем, поддержанные ЕС, не подкреплено конкретными действиями. Ситуация почти аналогична с про-европейской ориентацией: слова произносятся надлежащие, однако необходимы эффективные действия. И, конечно, и Евросоюз должен делать больше. Те общие направления о которых я говорил ранее, каксаются и Приднестровья. Если есть свободная торговля, если есть безвизовый режим, будет гораздо легче реинтегрировать страну. Конечно, есть определенный минимум который нужно выполнить в ходе приднестроваского урегулирования. Это — демократизация Приднестровья и такое урегулирование которое не усложняет шансы Республики Молдова, правого берега на евроинтеграцию.

Часто говорили, в то время когда я был Спецпредставителем ЕС, что ключ приднестровского урегулирования находится в Москве. Я всегда думаю, что есть три triдва ключа, и есть еще более маленькие ключи, но большие ключи есть и Москве, и в Брюселе, и в Кишиневе. I v Kishinove.

— В начале этого месяца и в начале рубрики «Молдова-20! Что дальше?» Агентсво Info-Prim Neo опубликовало комментарий в котором попыталось аккредитовать идею о том, что Модлдове необходимо узаконить конституционным путем европейскую ориентацию в качестве вектора развития страны. Данное конституционное положение должно гарантировать необратимость процесса модернизации страны, утихомирить политические страсти, готовые перелиться через край, с непредвиденными последствиями, восстановить в молдавском обществе атмосферу спокойствия и общественной терпимости. Проще, наверное, можно выразиться так: «Независимость у нас есть, что делать дальше с ней, куда нам идти?». Как бы Вы отнеслись к этой идее?

- Для меня такая символика чуть-чуть советская. Я не думаю что евроинтеграция прерогатива Конституции. Евроинтеграция есть когда есть консенсус в политических силах по поводу евроинтеграции. Если кто-то положит это в Конституцию, а потом политическое большинство будет против, евроинтеграции не будет. Поэтому я думаю что это — политическая незрелость, даже если этот слоган политически привлекательнен для некоторыхt slogan politicheski идея привлекательнiyая dlya nekotorikh. То что вам надо сейчас это — работать над конкретными реформами, которые важны для евроинтеграции, найдо искать политический консенсус по евроинтеграции. Кстати, по моему, такой консенсус существует, хотя в пререиод избирательных кампаний иногда проявляется чуть-чуть популизма против этого. .,Но вообще я думаю что все политические силы знают и согласны ,что для развития Молдовы наилучшая гарантия это — евроинтеграция. Необbходима и политическая работа, и реформы, а Конституция не должна быть максималитской. Хорошая Конституция это — короткая и минималистская Конституция.

— Вы не пытались найти, для себя, определения что же такое сегодня Республика Молдова и народ Молдовы? По типу определения в словаре, чтобы было понятно всем? Республика Молдова может быть всем понятна сейчас?

- Люди обычно думают что есть простая правда и однозначная правда. Моё открытие в Молдове состоит в том, что хотя страна маленкая и, к сожелению, наиболе бедная в Европе, но все-таки политика в Молдове, включая приднестровскую проблематику, очень сложная. Суть этой проблемы в том, что нет сильного определения идентичности Молдовы как есть идентичность Франции, скажем, или России, или других стран, где более глубока национальная государственная история. Красивый фактор Республики Молдова состоит в том, что здесь сосуществуют разные люди lyudiнарода, разные языки, кроме государственного, поэтому люди иногда спрашивают какая идентичность? Но, всё-таки, в последние 20 лет в Молдове укрепились и идентичность, и государственость и потому теперь более твердо можно ответить на вопрос что такое Руспублика Молдова?

— Чем Вы сейчас занимаетесь, имеет ли это какое-нибудь отношение к Молдове?

- Я сейчас занимаюсь в Институте Открытого Общества очень сложной, опять очень сложной, проблематикой по общественной интеграции ромов в странах Центральной и Восточной Европы. Это имеет отношении к Молдове потому, что здесь тоже есть ромы. Сейчас занимаемся больше странами Евросоюза и Балканами, но в дальнейшем имеем в виду больше концентрироватся на Восточную Европу, прежде всего на Молдову и Украину.

Валериу Василикэ

 

Ещё Интервью