• 20.25

Марк Ткачук. О новом престиже в эпоху импровизаций! Ноябрьское эссе

В 1999 году я написал маленькую заметку под заголовком «Время импровизаций». Опубликована она была одним из российских сетевых ресурсов. Это была такая вспышка отчаяния по поводу начала бомбардировки Югославии. Заметка эта канула в лету. Google оказался не в силах достать ее из интернетовской преисподней. Помню, что весь нехитрый смысл публикации состоял в том, что вот де сняты последние «табу» в послевоенном устройстве Европы и все теперь понесется в тартарары, краев которых уже не угадать. Ну и грозный вывод в конце – что-то на тему про «укатают сивку крутые горки»! Это в адрес тогдашнего коллективного Запада, естественно!

Я, наверное, тогда ошибался. В том смысле, что «табу» по большому счету были сняты раньше. Наверное, в 1991 году, когда почил в бозе один из двух мировых законодателей всего того, что можно и нельзя. Правила они, как известно, устанавливали совместно, а потому скоропостижная смерть одного из них освободила другого от массы обременяющих приличий и условностей.  Беспечное веселье овладело душой выжившего надзирателя. И все остальные события последней четверти века – лишь грустные следствия этого. Одинокая радость строгого ментора – то еще чувство. Оно сродни мечтательному плану подростка, в распоряжении которого вдруг на пару дней осталась родительская квартира. С тем же диапазоном вариаций – от чего-нибудь подпалить до устроить гульбище и напиться с друзьями до беспамятства. Иными словами – побыть, наконец, самим собой.

То есть, фантазия на тему «один дома» овладела целой цивилизацией. И, несмотря на то, что вокруг была масса прочих культур, государств, народов и цивилизаций – всем им четко было указано на их роль и место в свите загулявшего барина. Естественно, с обязательным списком недостойных оказаться в этой свите, но из кожи вон стремящихся. С отверженными и неприкасаемыми. С теми, с кем нужно быть начеку и держать ухо востро, которые демонстративно не ржут со всеми над любимыми анекдотами хозяина. И, конечно же, с теми, с которыми можно расслабиться и погудеть. Главной единицей измерения от «неприкасаемых» до эпицентра застолья – стала особая линейка демократических стандартов. Она никогда не покидала хозяйских рук. И глупо было возражать, что одних измеряли в «попугаях», а других в «мартышках». Монополия на измерения оставалась незыблемой.

Но потом стали появляться проблемы. Разгорелся глобальный кризис. Как-то вдруг выяснилось, что «нету у атамана золотого запасу».  Потом отверженные и неприкасаемые из разряда презираемых и жалких дорвались до статуса неуправляемых разбойников. Потом решили, наконец, вновь «побыть собой» все те, кто давно перестал смеяться в цирке управляемой глобализации. Они обросли своими свитами, своими линейками, понятными только в своем кругу скрепами и иероглифами.  Наконец, дошло дело до закадычных друзей. Некоторые из них стали особо требовательными, ревнивыми и капризными, другие, напротив, со скучающим выражением лица, стали по-английски покидать глобальное пиршество. Потом психанул сам хозяин, демонстративно сломал линейку и назвал вещи своими именами! «Свои имена», как известно, очень многим не понравились, но иных, более политкорректных понятий для описания тотального абстинентного синдрома никто противопоставить не смог.

И вот тут-то по-настоящему и наступила эпоха импровизаций. Именно сейчас. История будто бы решила перезапустить себя заново, предоставив всем участникам возможность действовать без оглядки друг на друга.  Общая навигация в истории еще не рухнула. Но возможность поимпровизировать – уже загоняет в панический ступор тех, кто привык не отрываться от нот и строго следовать размеченной партитуре. Вероломный «джем-сейшен» – совсем не то, о чем грезили даже те, кто годами готовился насладиться похоронным маршем Шопена на поминках мирового жандарма.

Где бы ты ни находился – в Оклахоме, Осло, Оренбурге, Оране, Орлеане или молдавском Оргееве – ты чувствуешь главное: стремительно исчезает геополитика. Те упрощенные координаты на плоскости, которые десятилетиями исправно служили узнаваемыми границами между нашим добром и их злом или же, наоборот, их вечным успехом и нашим фатальным прозябанием. Вместо них приходит суровая реальность иных времен, с иным почерком фортификационных сооружений  - рвами, валами и длинными стенами.

Но замкнутость, сосредоточенность на себе, резкое снижение любопытства к внешнему миру – все это было пройдено в разных исторических комбинациях неоднократно. И вряд ли новое пришествие феодального аутизма станет временем долгожданного и абсолютного торжества интернационала ностальгирующих националистов и автократоров. Время импровизаций – это ведь время, когда главным критерием становится достоверность. Достоверность! Если рвы будут мешать, через них будут перебрасывать мосты – новые, настоящие крепкие конструкции, объединяющие народы. Если стены будут закрывать солнце, их будут брать штурмом изнутри, как это  уже бывало не раз. Мир демократий, наконец, избавится от единого и монопольного виртуального стандарта, а подчинится функциональным и утилитарным запросам своей истории. И никто не будет спрашивать, чьим «сукиным сыном» является местный олигарх, князек или диктатор. Он будет либо великодушно прощен, либо выброшен в окно городской ратуши. Как Бог на душу положит!

Еще вчера к категории престижного обладания относились – модное мнение, модный автомобиль, модные очки и модная недвижимость. Еще вчера люди готовы были грызть друг другу глотки в столкновениях, которые устраивали им  профессиональные манипуляторы во время выборов между лучшим и худшим из зол -  политическими партиями, футбольными командами, гаджетами. Этот шлейф потребительской «неподлинности» еще будет долго волочиться где-то за спиной, но сфера престижа уже меняется. Надежность, исправность, долговечность, твердость, доказанность, искренность – да, опять та самая достоверность становится основным «золотым стандартом» наступающего времени. Как пресная вода, как воздух, как еда, вдруг ставших для большинства человечества главным дефицитом в последние двадцать пять лет. И только потому, что все остальное не просто не работает, а мешает выжить – лишает пресной воды, воздуха и надежды.

Эпоха импровизаций наступает. Внешние границы уступают место осознанию настоящих внутренних ограничений и новых возможностей. Надменных прокуроров больше нет. Страшные, сумрачные и, как выясняется, неизведанные пути к новому этапу исторического творчества открыты. И вновь невозможно предсказать, где именно на карте нового Возрождения будет находиться очередная Флоренция или Болонья. Быть может, они будут в том самом месте, где Вы сейчас читаете это эссе. И это тоже – повод для действия.     

*********

…Павел Зинган обратился ко мне с просьбой написать статью про выборы. Про то, за что, к примеру, я бы проголосовал. Я написал о другом. О том, что пришло время делать и обсуждать сделанное, получившееся, то, что можно потрогать, за что можно ухватиться, на что можно опереться, чтобы сделать следующий шаг. Если голосование когда-нибудь вновь обретет качество действия, точнее, поступка, я непременно приму в этом участие. Но пока оно не имеет отношения ни к свободе, ни к достоверности. Надеюсь, это продлится не долго.

Марк Ткачук для allmoldova

Мнение
ЕСТЬ ВОПРОС? НАШЛИ ОШИБКУ?
Вы находитесь на новой версии портала allmoldova. У вас возникли вопросы, касающиеся работы сайта? Или вы обнаружили ошибку? Напишите нам
Узнать больше
ПРОДВИЖЕНИЕ
ВАС ТОЧНО ЗАМЕТЯТ
Продвижение вашей компании, товаров и услуг в интернете
Узнать больше
КОПИРАЙТИНГ
ПИШЕМ О ВАС И ДЛЯ ВАС
Реальные, а не скопированные в интернете, новости о вашем бизнесе для размещения на вашем сайте, в социальных сетях, на сайтах интернет-медиа
Узнать больше