• 20°
  • 21.16

Василе Ерну: С чего начинается Родина? (Дневник одного поколения I)

Начнем с воспоминаний.

Не знаю точно, когда же завершилось мое детство, но твердо знаю, что случилось это летом, которое, впрочем, не отличалось от других. Теплым летом, какими они бывают на юге, в Буджаке - с нещадно палящим солнцем, раскаленной почвой, со всеми своими тайнами и красотами. Очень хорошо помню с детства звук и голос радио. Где-то в 60-х годах по всем селам МССР было установлено публичное радиовещание – т. н. радиоточки. В каждом дворе, фактически, вещала одна и та же радиостанция. Мы свыклись его голосом, знали все программы, поскольку слушали его ежедневно: на улице, во дворе, на предприятиях, в общественном транспорте. Мы росли с этим голосом и взрослели с этим плей-листом. Эти мелодии, этот голос стали безотчетно частью нас самих. И годы спустя, стоит их случайно услышать, охватывает такая жестокая меланхолия, потому что это стало частью твоей истории и «биологии».

В ту пору, будучи ребенком, мне безумно нравился голос Марка Бернеса. Не знаю почему, но одна песня в его исполнении навевала мне грусть, и я чувствовал, что сейчас заплачу. Впоследствии, Равви напел мне эту песню на нескольких языках. Этот жулик Равви с непостижимой лингвистической ловкостью переводил все с одного языка на другой. Изъяснялся он на смеси из четырех-пяти языков. Это он мне спел ее на молдавском, или, если угодно, на румынском. Я знал эту песню только на русском. На родном языке она звучала нежней, но не хватало глубины. Когда он запел ее на идише, я чуть не прыснул от смеха. Не знаю почему, но мне это звучание показалось забавным. Может по причине недостаточного знания языка. Идиш для меня всегда оставался языком странным полным юмора и весьма глубокой иронии. Но про Равви я вам расскажу в другой раз. Песня называлась „De unde începe Patria?” («С чего начинается Родина?»)

De unde începe Patria,
E primul tablou ori cuvînt,
E şcoala din sat, sînt prietenii
Ce‑alături i‑avem noi oricînd

Sau poate începe în cîntecul
De mama în noapte cîntat,
Acel ce prin toate-ncercările
În inimi cu grijă-i păstrat.

De unde începe Patria,
E banca de lîngă pervaz,
E plopul ce frunza îşi freamătă,
E boarea de vînt dinspre iaz, 

Ea poate începe cu graurii
Ce-aduc primăvara cîntări
Cu drumul pornind de la baştină...

… дальше ничего не помню. Помню на русском, но звучит она несколько иначе.

Мое поколение хорошо знает эту песню, и я всегда задавался этим вопросом, когда работал над первыми двумя частями Малой трилогия о маргиналах: «Сектанты» и «Бандиты». И начал вспоминать разное.

Что же вспомнилось? Вспомнил моша Иона Еремию, уважаемого в нашем селе Колибаш, человека. Он собирал нас в церковном дворе и учил музыке. У него я научился игре на трех инструментах и не просто играть, а и читать нотную грамоту. Да, именно те музыкальные ноты, которые требуют достаточно высокого уровня знаний. Я научился ритму и такту, усвоил потаенный смысл красиво упорядоченных символов, разобрать которые можно было лишь проникнув в их тайну, а тайна эта оборачивалась божественной музыкой. Но самым настоящим чудом во всей этой истории был сам мош Ион. Знаете, каким был его род занятий? Вы не поверите! Мош Ион был колхозным кузнецом в этом, расположенном на берегу Прута, буджакском селе. Простой кузнец оказался лучшим педагогом в моей жизни, от которого я научился многим вещам. А я, можете мне поверить, повидал немало педагогов и учителей – от Лиссабона до Владивостока. С чего начинается Родина для меня? С этого сельского кузнеца, который воспитал и обучил музыке целые поколения детей.

Это, однако, было лишь начало. Что же последовало дальше? Где-то в 4-ом или 5-ом классе, на уроке истории мы ждали нового учителя. Открылась дверь и в класс вошел высокий человек в сандалиях на босу ногу. Пиджак и брюки были коротковаты для его фигуры, и явно не того размера, которого требовало его телосложение. У него были странного красного цвета буйные шевелюра и борода. Носил он также очки с очень толстыми линзами. Вошел, поздоровался на безупречном румынском языке, и представился – Гребенщиков Виктор Геннадьевич, то ли из Омска, то ли из Томска (уже не помню). Этот странный  русский, сибиряк к тому же, невесть из каких краев и какими ветрами занесенный к нам, перевернул всю нашу жизнь. Каким образом? Очень просто, но весьма эффективно. Во-первых, он приучил нас, что после звонка никто и никогда в класс не заходит. Для нас, уроженцев бессарабского села, в котором понятия времени и порядка были весьма условными, это было внове. От него мы усвоили, что школа требует в первую очередь дисциплины и порядка. И все это делалось не указаниями или наказаниями, а собственным примером и с должным уважением. Как? Дело было зимой. Виктор Геннадьевич, будучи сибиряком, и летом и зимой одевался одинаково. Вечером в сельмаге выстроилась очередь и все спокойно ждали, когда подойдет очередь каждого к прилавку. Господин учитель тоже занял место в очереди, но у нас бытовала несколько иная традиция: в равноправной стране советов некоторые были более равными, завмаг поступил как обычно, и окликнул: Товарищ учитель, не стойте в хвосте, подойдите к прилавку, мы Вас обслужим вне очереди. Может быть, другой какой учитель и воспользовался бы своим привилегированным положением, но только не Виктор Геннадьевич. Он ответил так: если я, будучи учителем, не соблюдаю правила, то как я буду воспитывать ваших детей? Так нас учили соблюдению правил и уважению. Он же первый мне объяснил, что между молдавским и румынским языком нет никакой разницы. Языков он знал много. Постоянно ходил с радиоприемником и слушал передачи на иностранных языках. Он каждый раз объяснял мне, когда речь заходила о языках и глобальной информации. Было это в 82 – 83 гг. Это был, повторюсь, русский из далекой Сибири. Где он сейчас, кто знает?

Эх, а кто мне привил любовь к физике и спорту? Это был буджакский учитель, гагауз дядя Коля Кулидобри. Его сын станет лучшим другом детства. Мы настолько были увлечены настольным теннисом, что однажды ночью проникли в школу через окно и стали играть в теннис. Директриса нас застала и, конечно же, случился скандал. Нас в присутствии родителей вывели перед всей школой. Он взял всю вину на себя, а потом объяснил, что мы не сделали ничего дурного, потому что увлечение чем-то важнее правил. Когда мы чем-то страстно увлечены, ничто не должно нас останавливать, будь это даже бдительная и строгая директриса, говорил он нам. С чего же все начинается?

С них, этих простых людей и начинается Родина! Но это еще не все. После долгого путешествия по разным школам, меня приняли в кишиневскую школу № 32, которая находится на Ботанике. Времена были перестроечные. Нас валом переполняли национальные чувства, и этот вал подхватил нас и понес. Но тут встретились на пути два человека, которые меня спасли. Первым из них был директор, который защитил меня от преподавателя НВП (начальной военной подготовки). Я был бунтарем, не хотел стричься, вступал с ним, согласно духу времени, в политическую полемику, а он в отместку хотел оставить на второй год.  Даже после того, когда меня арестовали в 10-ом классе за пикетирование, вместе с несколькими товарищами, здания МВД, и встал вопрос о моем исключении из школы, он меня защитил. Именно благодаря ему, я закончил школу. Понятия не имею, что бы со мной стало, если бы меня исключили. Такое не забывается, потому что именно это в огромной мере помогло мне не потерять себя и верное направление. Зовут этого человека Илие Кошану.

Второй преподаватель, которого я тут встретил, был болгарин по происхождению, прекрасно владеющий румынским языком. В те смутные времена он сумел привить вкус к качественной литературе, что впоследствии уберегло меня от «духа времени» и научил отличать хорошие тексты от плохих. Мы любили его всем классом настолько, что просили ставить уроки русского языка и литературы с «большой переменой» между ними, в результате получалось около двух часов, в течение которых мы запирались в классе и никуда не выходили. Учитель нам читал, и мы дискутировали – только мы и он. Тогда я полюбил Булгакова, Зощенко, Платонова и Солженицына, который тогда были в самиздате, и не изучались в школьной программе. Преподавателя, которому я обязан любовью к великой литературе, зовут Александр Федорович Димитров.

С чего начинается Родина? Для меня, повторяю, начинается с этих простых людей, каждый из которых достоин отдельной книги. Эти повести  будут посильнее Гарри Поттера  или Властелина колец. Если  в наших селах, в наших учреждениях, сохранился, хотя бы один такой «герой нашего времени», значит ничего еще не потеряно. А что же стало с моим поколением, прозванного «поколением надежды», впоследствии? Об этом расскажу в следующий раз…

До скорого.

Оригинал на румынском языке читайте тут.

Перевод на русский язык - enews.md

Мнение
ЕСТЬ ВОПРОС? НАШЛИ ОШИБКУ?
Вы находитесь на новой версии портала allmoldova. У вас возникли вопросы, касающиеся работы сайта? Или вы обнаружили ошибку? Напишите нам
Узнать больше
ПРОДВИЖЕНИЕ
ВАС ТОЧНО ЗАМЕТЯТ
Продвижение вашей компании, товаров и услуг в интернете
Узнать больше
КОПИРАЙТИНГ
ПИШЕМ О ВАС И ДЛЯ ВАС
Реальные, а не скопированные в интернете, новости о вашем бизнесе для размещения на вашем сайте, в социальных сетях, на сайтах интернет-медиа
Узнать больше